Как-то бодро вчера зашел пост про “психологию”. Продолжу уж. Дано: двое мужчин, обоим по сорок девять, познакомились лет тридцать назад в одной компании. Сегодня они ходят в один и тот же ресторан раз в месяц. Первый садится и за десять минут успевает пройтись по политике, по тому, что в стране все идиоты, что молодежь не та, что цены растут, и закончить тем, все стало «не то». Второй обычно говорит что-то вроде: ” начал плавать с тренером, нашел школу испанского, и в воскресенье везу дочку в обсерваторию». Один и тот же возраст. Один и тот же доход. Одна и та же страна, одни новости, одна погода. Но разница между ними как между двумя разными десятилетиями жизни. Откуда она берется? Точно же не возраст. Выглядит так, что один уже состарился, а второй - нет. И это решение, которое они приняли давно, возможно, не заметив, как его принимали.
Старость, о которой идет речь, - это не дата в паспорте. Это состояние. В него можно скатиться в тридцать пять. А можно не скатиться в семьдесят. Главный симптом - брюзжание. Это когда ничего не радует, и человек начинает искать, на тему чего бы поныть. Лента новостей становится болеутоляющим. Та же политика - поводом для эмоций, которых не дают ни работа, ни любовь, ни друзья. Как по мне, то это поведение трехлетки, которому не дали конфетку. Только эта трехлетка носит костюм и седину. Корневая причина - застой. У человека больше нет ничего, что его по-настоящему радует. А значит, он ищет, на что злиться, потому что злость - это последняя живая эмоция, которая у него есть. То есть радости нет, а быть совсем без эмоций невыносимо. И он выбирает доступное.
Кто узнал себя? Ага, ясно-понятно. Давайте поймем, если считаем этот симптом грозным, с чего начать лечение? Сначала руки в ноги, и к эндокринологу. У мужчин (а я брюзжащими сильно чаще вижу именно их) после сорока тестостерон падает примерно на один процент в год. У женщин в районе пятидесяти приходит менопауза. В подавляющем количестве случаев брюзжания мы имеем дело с биохимическим перекосом. Его не компенсирует йога, цигун, никакой коучинг не вытащат. Анализы, корректировка, базовые витамины. БАДы - на любителя. Это не панацея, это первый шаг. Голову не лечат там, где сначала нужна биохимия. И отдельно: если за два-три месяца тело подтянулось, а в голове все равно темно и серо, - это уже не возраст и не брюзжание, это депрессия. И она лечится не у эндокринолога. Надо тогда идти к врачу головного профиля за таблетками. Это будет долгая история.
Дальше будет сложный абзац. Надо менять окружение, и в первую очередь пристально посмотреть на партнера. Партнер - это не статус и не привычка совместного завтрака. Партнер - это человек, рядом с которым тебе хочется становиться лучше. Если он для тебя потому что «по инерции», «для детей», «потому что разводиться поздно», то надо пробовать. Полгода попробовать разморозить и его, и себя. Перестать видеть в нем привычку, заговорить, поехать вдвоем туда, где вы давно не были. Не получилось, обоюдно не получилось? Значит, ты не стареешь вместе с ним. Ты в нем гниешь. Третий пункт - это интересы. Не один и не два, а три-четыре. Один интерес страхует плохо, а портфель интересов держит человека на плаву даже в плохой год. Интересы дают радость вставать в шесть утра не от будильника, а от мысли, что сегодня столько всего, и ничего не успеть. Вот такая технология борьбы со старением, всего три шага.
Еще пару слов про брюзжание. Оно затягивает. Не успеешь оглянуться. И вот уже брюзжишь ты в кругу сверстников, которые тоже брюзжат, либо в кругу детей и внуков, которым нечего тебе ответить. Последние стараются от тебя быстрее сбежать. В обоих случаях ты остаешься один на один с собственным “все плохо”. А оно не плохо. Просто ты сам перестал делать то, ради чего стоило проснуться. Старость, о которой я тут пишу, не возраст. А диагноз. Диагноз системной болезни, которую, в отличие от настоящего возраста, можно вылечить. Если хочется. А хочется, как ни странно, далеко не всем. Но это будет отдельное наблюдение.